aleksey_29 (aleksey_29) wrote,
aleksey_29
aleksey_29

Поморские виражи - 1, или пара мыслей о "скрепах".

Недавно прочел довольно интересную статью «Сексуальное рабство и неонацизм…» http://нд29.рф/?p=56774 И  хотел бы поделиться своими скромными мыслями, возникшими в связи с ней.   
Указанная статья посвящена пагубе сектантского влияния на умы северян. Вот что пишет автор: «Сектантство само по себе есть асоциальное явление. На уровне отдельно взятой личности – это духовная катастрофа, человек перестает быть собой, становится послушным орудием культа, теряет прежний социальный опыт, свободную волю, индивидуальные черты. На уровне народов, общества происходит разделение. <…> Надо понять, что есть народ. Мы увидим, что ядром народа является, прежде всего, религия и язык. Потом уже идёт психология, мировоззрение, философия, а на окраине находится экономика. Если нанесен удар по важнейшей составляющей и народообразующей, то рассыпается ядро и исчезает народ.» (тут и далее выделено мной – авт. статьи)
Как мне показалось из текста статьи, пагубность сект, не считая бытовых общественно опасных последствий, заключается в разрушении  уже существующей групповой идентичности. Иными словами, секта как вирус проникает в тело социальной группы и бьет по узловой точке ее идентичности, то есть самосознания.
Основой идентичности («ядра народа») называются религия и язык. И от этой основы строится главная претензия к поморам: «Набирает обороты, приобретая организованные формы, и становится особенно популярным в молодежной среде неоязычество. Помню, в 2008 году благодаря Павлу Есипову -  председателю национально-культурной автономии поморов Архангельской области. Сейчас я вынужден сказать, что Павел под камлание одного ряженого шамана, превратил очень полезную, нужную организацию в рупор неоязычества… Конечно, в поморской культуре, сохранялись древние дохристианские обряды и обычаи, но поморы были православными людьми, пусть и в значительной мере старообрядцами… Русский народ как единство формировался по мере утверждения среди народов Восточно-европейской равнины Православия и преодоления языческих верований племен и народностей, его составивших. Это школьная истина». 
Складывается ощущение алогизма. Ведь получается, что, с одной стороны, организация национально-культурной автономии поморов это хорошо, вот шаманизм – плохо. С другой стороны, утверждается, что поморы были православными людьми и русский народ формировался через утверждение православия.
Но если русский народ формировался через утверждение православия, а поморы были православными – то о какой национально-культурной автономии поморов может идти речь?
И разве такой алогизм сопрягается с заботой о единстве народа и его самосознания?
Конечно, можно возразить: «А что? Пусть будут православные поморы как культурно-национальная автономия. Именно православие обеспечит межнациональное/межэтническое/межнародное – черт его побери! – единство». Все так, да не так…

Ну, во-первых, вводя субъект национально-культурную автономию Поморы, мы вынуждены будем говорить о межсубъектных отношениях – национально культурной автономии Русские и национально-культурной автономии Поморы, нет? Иными словами, говоря о национально-культурной автономии поморы, мы делим исторически сложившееся тело русского народа, чем посягаем на народное единство. Которое и защищает автор статьи.
Но закроем глаза на явное дробление исторического тела народа.
И обратим внимание на другой момент (во-вторых): кто сказал, что прежде всего православие и язык как базовые элементы гарантируют целостность и внутреннюю непротиворечивость исторически сложившегося субъекта по имени народ?
В статье констатируется: «Надо понять, что есть народ. Мы увидим, что ядром народа является, прежде всего, религия и язык».
Но ведь «прежде всего» не значит «только»! А это, на мой взгляд, дает право поставить вопрос: может ли то, что относится к категории «прежде всего» обеспечить целостность народной идентичности (а значит – и целостность по факту, телесную целостность) без того, что относится к категории «не-прежде всего»? Если не может, то вполне справедливо отнести то, что входило в категорию «прежде всего» к категории «в том числе». Иначе говоря, можно ли опираясь только на язык и религию, обеспечить единство идентичности? Очевидно, что нет. И история наша знает особенно актуальный сегодня пример, когда русскоязычные православные вместе с Гитлером пошли в испепеляющий поход на таких же русскоязычных и православных.

церковь и Гитлер 1 церковь и Гитлер 2
************************************************************************************************************************************************************************
церковь и Сталинцерковь и СССР

Возникает мысль о том, что сохранения единства «прежде всего» религии и языка явно недостаточно, что, как правило, упускается из вида. «Что нужно для сохранения народной идентичности, помимо языка и религии?», - спросят меня в ответ. Тут я позволю себе процитировать нашего общего великого поэта:

Пушкин А.С.

                                                                                  Два чувства дивно близки нам -
                                                                                  В них обретает сердце пищу -
                                                                                  Любовь к родному пепелищу,
                                                                                  Любовь к отеческим гробам.

                                                                                  На них основано от века,
                                                                                  По воле Бога Самого,
                                                                                  Самостоянье человека,
                                                                                  Залог величия его.

                                                                                  Животворящие святыни!
                                                                                  Земля была б без них мертва,
                                                                                  Без них наш отчий край - пустыня
                                                                                  Душа - алтарь без божества.

Именно чувство общности гробов (эгрегориальная связь) и пепелища (Отечества как исторического проекта предков) рождает самостоянье человека – то есть его «самость», которой не может быть без идентичности. И эта идентичность создает субъект, наполняющий собой географическое пространство (без них наш отчий край – пустыня) и удерживает это пространство как некое целое. Государство, в данном контексте, является формой удержания заполненного географического пространства как «единого». И вполне очевидно, что Александр Пушкин ведет речь не только об общности религии, но и об общности истории как дела предков (любовь к родному пепелищу) и общности предков как таковых (любовь к отеческим гробам).
Поэтому, я полагаю, вполне можно сказать о том, что общности только религии и языка не достаточно для образования и удержания единства самосознания, ибо существуют и другие тяжи на весах идентичности. И, конечно же, сомнений нет, что необходима борьба с сектами. Но, вопрос – с какой позиции. С позиции дробления русского народа на национально-культурные автономии, которые патриарх Кирилл именует «новыми, ранее не известными нациями»?
Tags: Идентичность, Политика, Поморостроительство, Поморы, Русский Север, Север, Сепаратизм, Суверенитет, Территориальная целостность, Холодная война, Этногенез, Этнос, Язычество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments